— Ольга, садись, поговорить надо, — объявила Тамара Георгиевна, словно ведущая новостей с большой буквы, когда дочь зашла на кухню после работы.
Она сидела за столом с таким видом, будто именно сейчас собирается раскрыть секрет вечного счастья или хотя бы рецепт борща по-царски. Рядом в кресле дремал Николай — муж Тамары Георгиевны и пример настоящего семейного дзена, который умудрялся спать даже под шум новостей без звука.
— Что случилось?
— осторожно спросила Ольга, ставя сумку с продуктами на пол и прикидывая в уме: «Неужели опять коммунальщики пришли?»
— Ничего страшного! Наоборот, пора радоваться!
— взволнованно сообщила свекровь. — Дачу вашу продали!
И не просто так, а за полтора миллиона!
Ольга застыла как статуя «Мыслителя» Родена: руки опустились вниз, глаза расширились до размеров блюдец.
— Как продали? Какую дачу? — выдавила она из себя.
— Ну ту самую, что от твоего покойного отца досталась.
Мишеньке на квартиру деньги пригодятся. Свадьба же скоро.
В голове у Ольги промелькнул анекдот: «Муж приходит домой и говорит жене: „Дорогая, я продал нашу дачу!“ Жена в ответ: „Ты что же сделал?!“ Муж спокойно: „А ты что сделала?“» Только тут всё было гораздо серьезнее.
— Подождите… А меня кто спросил? — тихо произнесла Ольга.
Тамара Георгиевна фыркнула так выразительно, что казалось – она только что выиграла чемпионат по сарказму.
— Тебя?
Зачем тебя спрашивать? Семья решила — значит правильно решила! Ты же всегда говорила: семья – главное!
Ольга опустилась на стул и почувствовала головокружение — не от вина или шампанского, а от внезапного чувства утраты.
Да ведь это был не просто участок земли с кустами и грядками! Это была память о папе… о том самом человеке, который учил её копать картошку и строить шалаши из веток.
Николай лениво открыл глаза и посмотрел на жену так мило и одновременно виновато:
— Оля, ну зачем расстраиваться? Мишка хороший парень.
Денежки кстати будут.
В этот момент вспомнилась старая шутка про семейные деньги: «Жена спрашивает мужа: „Дорогой, куда ты дел наши сбережения?“ Муж отвечает: „Вместе с мамой вложили в семейный проект!“ Жена задумчиво: „А можно я тоже буду мамой?“»
Ольга тихо ушла в спальню под звуки обвинений Тамары Георгиевны:
— Вот характер! Добро делаешь – а она недовольна!
В спальне она уставилась на фотографию отца в огороде — тот самый кадр из детства с улыбкой до ушей и лопатой в руках.
Вдруг ей захотелось поговорить с ним вслух:
— Папочка… Что делать?
На следующее утро за завтраком атмосфера напоминала сериал «Кто хочет стать миллионером?» только вместо денег разыгрывалась дачная драма века.
Тамара Георгиевна была особенно разговорчива:
— Оля, ну что ты дуешься? Сделано для семьи! Мишенька такой хороший мальчик!
Ольга робко спросила:
— А когда дачу продали?
Тамара замялась так неожиданно для человека со стальным характером:
— Ну… недели три назад… Покупатель сразу наличными расплатился!
Ольга вспомнила доверенность месяца два назад – бумажку, которую подписала не глядя ради удобства платить налоги. Ах эти доверенности!
Они как те загадочные условия в договоре мобильной связи – вроде бы ни о чем, а потом бац – сюрприз!
Николай пожевал бутерброд и заявил мудро:
— В семье всё общее. Что ты как чужая?
Злость внутри Ольги начала подниматься быстрее чаяника на плите без крышки.
— А могилка папина рядом! Я туда ездила…
Свекровь отмахнулась:
— На кладбище ездий!
А дача – морока одна.
Это напомнило старый анекдот про бабушку и её любимое место отдыха:…