— Света, выручи, пожалуйста.
Только на один день. Мама приболела, надо отвезти в больницу, сама понимаешь… — с таким видом стояла Оксана в дверях переговорки, будто просила не подменить её на работе, а одолжить пару рублей до зарплаты. Светлана тогда подумала: кто откажет человеку с больной мамой? Да и вообще — «один день» звучит как кодовое слово для «помоги мне сделать всё за меня».
— Конечно, что надо? — ответила Света, не подозревая, что этот «один день» скоро превратится в эпопею длиной в несколько месяцев.
Оказалось, отчёт — это вам не пару строчек: сводная таблица по двенадцати клиентам с комментариями, историей переговоров и прогнозом на следующий месяц. Светлана просидела над ним до половины седьмого вечера, когда офис уже опустел и уборщица гоняла швабру между столами так методично, что казалось: швабра скоро начнёт писать отчёты сама.
Домой она ехала в полупустом метро и думала: ну всё, помогла человеку — можно расслабиться.
Но через неделю Оксана снова подошла к её столу: «Света, тут такое дело. Встреча с Романовым — помнишь крупного клиента? Муж уезжает в командировку, детей оставлять не с кем… Ты не могла бы встретиться вместо меня?
Я тебя введу в курс». Светлана подняла взгляд и чуть не сказала «Стоп!», но Оксана уже разложила папку с материалами так уверенно, что момент прошёл.
Встреча прошла отлично. Светлана блестяще провела переговоры — она вообще умела находить общий язык с такими клиентами; Романов остался доволен и пообещал подумать над предложением.
А Оксана прислала сообщение: «Ты гений! Я твоя должница навеки».
Навеки оказалось совсем недолго.
К концу второго месяца у Светланы было ощущение работы на полторы ставки при зарплате за одну. Незаметно добрая половина клиентской базы Оксаны перешла к ней фактически без официальных изменений: звонки звонила Светлана, письма писала Светлана, документы готовила тоже она. А Оксана появлялась к десяти утра неспешно устраивалась за столом — проверяла почту (которую уже обработала Светлана) и шла пить кофе с девочками из соседнего отдела. К часу дня отправлялась на «встречу», из которой возвращалась не всегда.
Светлана видела это и злилась так сильно, что иногда приходила домой и долго сидела в тишине — словно пыталась понять загадку вселенной или хотя бы смысл жизни после очередной смены роли секретаря по клиентским делам.
Она говорила себе: ещё немного… разберусь… найду способ сказать «стоп».
Но способ почему-то не находился.
Надежда работала в отделе дольше всех — лет двенадцать точно. Она занимала стол у окна и была настолько невозмутима и равнодушна к офисным интригам, что казалось: если бы офис загорелся — Надежда просто допьёт кофе и тихо уйдёт домой.
Однако иногда она бросала на Светлану взгляд такой сочувствующий… почти как будто знала всю историю заранее.
Однажды во вторник после очередного исчезновения Оксаны Надежда подошла к столу Светланы и поставила рядом свой кофе:
— Ты не первая…
Светлана подняла бровь:
— Что?
— Говорю же — ты не первая здесь попалась на удочку Оксаны. До тебя была Ирина…
— Помню смутно… Она до меня работала?
— Полтора года назад уволилась… Примерно через полгода после того как начала помогать Оксане. Сначала один день… потом два… а потом просто так повелось.
— И что же случилось?
Надежда вздохнула:
— Ушла из офиса навсегда.